![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nike_vik«...Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова, и болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти. Ты не только не в силах говорить со мной, но тебе трудно даже глядеть на меня».
(«Мастер и Маргарита» М.Булгаков)
Хуже всего, когда оно вползает в тебя ночью, нет никакой возможности предусмотреть, защититься, просто вываливаешься из непривычно затянутого нудного сна прямо в тошноту, в зеркале проплывает белое опухшее лицо с большими фиолетово-коричневые кругами под глазами, и все вокруг выглядит или как в фильмах Бортко, покрываясь сепией, или взрывается такими красками, как будто кто-то дернул в фотошопе saturation. Опухшая синяя вена ползет под кожей на правом виске, пульсирует под пальцами, как омерзительный дождевой червяк. Вещи, до которых можно было дотянуться рукой, вдруг отодвигаются, рука тянется, тянется в бесконечность, чтобы взять блокнот, а дверной косяк неожиданно выскакивает на пути «идущие на смерть приветствуют тебя».
Нельзя двигать глазами, нельзя моргать, нельзя дышать, нельзя думать. Думать - хуже всего, потому что все тоже словно в дурацком сне: мигренозные мысли на свежую голову оборачиваются абсолютной ахинеей, плохой копией услышанного или прочитанного. Повторяешь одно и то же, люди думают людские думы людским мозгом. Если сильно сдавить череп - что-то внутри на долю секунды встает на нужное место, но потом гвоздь влезает обратно и сверлит, сверлит, сверлит одну и ту же точку. Если на улице солнце - оно сожжет тебе глаза, если снег - заморозит последние остатки рассудка, если дождь - превратит тебя в кляклую кучу грязи. Остается только ждать, пока все не прекратится, и двигать, двигать пальцами в воздухе, призывая собаку, которой уже нет.
(«Мастер и Маргарита» М.Булгаков)
Хуже всего, когда оно вползает в тебя ночью, нет никакой возможности предусмотреть, защититься, просто вываливаешься из непривычно затянутого нудного сна прямо в тошноту, в зеркале проплывает белое опухшее лицо с большими фиолетово-коричневые кругами под глазами, и все вокруг выглядит или как в фильмах Бортко, покрываясь сепией, или взрывается такими красками, как будто кто-то дернул в фотошопе saturation. Опухшая синяя вена ползет под кожей на правом виске, пульсирует под пальцами, как омерзительный дождевой червяк. Вещи, до которых можно было дотянуться рукой, вдруг отодвигаются, рука тянется, тянется в бесконечность, чтобы взять блокнот, а дверной косяк неожиданно выскакивает на пути «идущие на смерть приветствуют тебя».
Нельзя двигать глазами, нельзя моргать, нельзя дышать, нельзя думать. Думать - хуже всего, потому что все тоже словно в дурацком сне: мигренозные мысли на свежую голову оборачиваются абсолютной ахинеей, плохой копией услышанного или прочитанного. Повторяешь одно и то же, люди думают людские думы людским мозгом. Если сильно сдавить череп - что-то внутри на долю секунды встает на нужное место, но потом гвоздь влезает обратно и сверлит, сверлит, сверлит одну и ту же точку. Если на улице солнце - оно сожжет тебе глаза, если снег - заморозит последние остатки рассудка, если дождь - превратит тебя в кляклую кучу грязи. Остается только ждать, пока все не прекратится, и двигать, двигать пальцами в воздухе, призывая собаку, которой уже нет.
