...немножко пьяное...

[nike_vik]

А сегодня я попробовала коктейль "В-52" в одном очень приятном ресторане недалеко от "Технологического института". Любимый ликер, потом еще что-то непонятное вторым слоем, который девушка подожгла длинной-длинной спичкой - и все это надо было выпить залпом, вместе с пляшущим синим пламенем. Огонечки побежали внутрь, играя в пятнашки. Стало так тепло-тепло... и на нашем коричневом деревянном столике запрыгали солнечные зайчики. Мне понравилось.:-)

Только один (ОДИН!) раз увидела эту мерзкую желтую противную гадость, именуемую отвратительным словом ми-мо-за. Сразу свернула в сторону, обошла за несколько метров - и с неиспорченным настроением отправилась купаться в солнечном свете и кусочках синего неба. Такое ощущение, будто я сто лет не видела синего неба.:-)

Дома хорошо, впереди длиннющие выходные, и все должно сложиться так, как мне этого хочется... пришла весна наконец-то. Скоро мы все оттаем окончательно... и тогда - придет лето, чтобы помочь снова стать яркими и теплыми - такими, чтобы нашей солнечности хватило на всю следующую холодную зиму. Так и будет...

Comments

[alliciff.livejournal.com]

Чем мимоза вам всем так не угодила? :)

я лучше в ответ моего любимого Булгакова процитирую :-)

[nike-vik.livejournal.com]

- Она несла в руках отвратительные, тревожные желтые цветы. Черт их
знает, как их зовут, но они первые почему-то появляются в Москве. И эти цветы очень отчетливо выделялись на черном ее весеннем пальто. Она несла желтые цветы! Нехороший цвет. Она повернула с Тверской в переулок и тут обернулась. Ну, Тверскую вы знаете? По Тверской шли тысячи людей, но я вам ручаюсь, что увидела она меня одного и поглядела не то что тревожно, а даже как будто болезненно. И меня поразила не столько ее красота, сколько необыкновенное, никем не виданное одиночество в глазах!
Повинуясь этому желтому знаку, я тоже свернул в переулок и пошел по ее следам. Мы шли по кривому, скучному переулку безмолвно, я по одной стороне, а она по другой. И не было, вообразите, в переулке ни души. Я мучился, потому что мне показалось, что с нею необходимо говорить, и тревожился, что я не вымолвлю ни одного слова, а она уйдет, и я никогда ее более не увижу...
И, вообразите, внезапно заговорила она:
- Нравятся ли вам мои цветы?
Я отчетливо помню, как прозвучал ее голос, низкий довольно-таки, но со срывами, и, как это ни глупо, показалось, что эхо ударило в переулке и отразилось от желтой грязной стены. Я быстро перешел на ее сторону и, подходя к ней, ответил:
- Нет.
Она поглядела на меня удивленно, а я вдруг, и совершенно неожиданно, понял, что я всю жизнь любил именно эту женщину! Вот так штука, а? Вы, конечно, скажете, сумасшедший?
- Ничего я не говорю, - воскликнул Иван и добавил: - Умоляю, дальше!
И гость продолжал:
- Да, она поглядела на меня удивленно, а затем, поглядев, спросила так:
- Вы вообще не любите цветов?
В голосе ее была, как мне показалось, враждебность. Я шел с нею рядом, стараясь идти в ногу, и, к удивлению моему, совершенно не чувствовал себя стесненным.
- Нет, я люблю цветы, только не такие, - сказал я.
- А какие?
- Я розы люблю.
Тут я пожалел о том, что это сказал, потому что она виновато улыбнулась и бросила свои цветы в канаву. Растерявшись немного, я все-таки поднял их и подал ей, но она, усмехнувшись, оттолкнула цветы, и я понес их в руках.
Так шли молча некоторое время, пока она не вынула у меня из рук цветы, не бросила их на мостовую, затем продела свою руку в черной перчатке с раструбом в мою, и мы пошли рядом...

Может быть, поэтому?... не знаю..