...из воспоминаний...
Apr. 15th, 2004 04:10 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nike_vikНа самом деле, я совершенно не умею вспоминать интересное из своей жизни, или придумывать какие-нибудь идеи. Поэтому чаще всего оказывается, что в ЖЖ мне писать просто не о чем. А потом появляется заветный кто-нибудь, кто вдруг подсовывает мне под нос мою же жизнь, и говорит: "Да ведь это же интересно!". И тут глаза мои распахиваются до размеров страусиных яиц - и ведь правда же интересно, почему я сама раньше этого не замечала.
Вот так бывает. Например, история о том, почему я не люблю Познера. Терпеть не могу. Хорошо еще, что не смотрела ни одной радостно-слюнявой передаче о гении Познера по поводу его дня рождения.
А зародилась эта нелюбовь однажды, когда на втором курсе универа нас, отличников и старост, собрали в одну кучу, и объявили, что в черный час черного дня мы должны собраться на водопой к крейсеру "Аврора", дабы поучаствовать в ток-шоу Познера. Если не ошибаюсь, это был ноябрь... Ноябрь в Петербурге, когда Нева еще не замерзла, но снег уже периодически изображал бурную деятельность.
С нас потребовали почти белый верх-черный низ. Мол, чтобы одеты были, аки пионеры, либо тихие горлицы. И побольше молчали. По поводу молчаливости - это вообще отдельный разговор, нашему потоку подобные попевки под барабаны выливались в течение пяти лет обучения.
Итак, в черный час черного дня мы прибыли к "Авроре". Что, где, когда и как - никакой толковой информации мы не имели. Знали только, что передача будет посвящена... кхм... революционным событиям 1917 года (почему, собственно, ее и снимали в Петербурге). Было очень холодно. Тот пронизывающий ветер помнят мои синие дрожащие коленки, потому как тогда по осени я носила короткую куртку с нормальными теплыми брюками - а в честь Познера оказалась на набережной в цивильной, но от этого еще более холодной юбке.
Появившиеся наседки в лице деканата долго над нами кудахтали, а далее, собрав в кучу, погнали по трапу на "Аврору". Никто ничего не понимал до той секунды, когда в ночной темноте, водрузившись на палубу, мы осознали, что съемки в этот ледяной ноябрьский вечер будут проходить прямо на открытой "Авроре". Немедленно захотелось сбежать. Но на трапе грудью преградило путь к отступлению руководство, чутко прислушивающееся к нашим настроениям.
Опережая вопрос, отвечу, водки у нас с собой не было! Ларьков на набережной - тоже.
Следующей попыткой спастись от ледяного ветра, было желание присесть на ряд допотопных скамеечек (похоже было на скамейки для приготовившегося выступать хора). ЩАС! Прискакал Познер и сходу заорал что-то вроде - марш всем отсюда, ваше дело маленькое, вы будете создавать фон и молчать! Любви к нему у студентов это явно не прибавило.
Дальше были метания и вопли съемочной группы, установка неустанавливающихся прожекторов, и еще что-то в этом духе, что я уже помню плохо, потому как от холода начала впадать в кому. Кто-то делился шоколадкой. Слышны были вопли универского начальства, что если оно увидит на палубе бумажку или фольгу, то нас зарядят в пушку и будет второй погром Зимнего.
Пропустим неинтересный кусок - когда всякие старички и старушки рассаживались на скамеечках, все толкались, места никому не хватало... и вдруг, когда уже почти слышалось "Мотор!", меня и еще одну девчонку выпихнули стоять в первый ряд. ЧЕРТ! Самые классные места были внутри - там тебя грели чужие тела. Пробиться обратно нам, естественно, не дали (какой идиот еще будет светить лицом в камеру). Пришлось стоять и хихикать.
Запись передачи продолжалась около трех часов. Смонтировано из всего этого было, кажется, 40 минуточек. Ключевые моменты:
...Познер громко ругается, и предупреждает, что если его будут перебивать, то он всех отсюда выкинет.
...мы с девчонкой рассказываем друг другу анекдоты во время его спича, и неприлично громко хохочем - смех, как ни странно, греет.
...Познер несет ахинею. Микрофон передается очень интеллигентному тихому старичку, который деликатно доносит до Познера, что тот несет ахинею. Познер орет на старичка - и охрана отнимает у того микрофон. Познеровское "микрофон больше ему не давать" вызывает у нас очередной взрыв смеха.
...старичок с группой товарищей демонстративно покидает "Аврору". Познер что-то орет, требуя, чтобы на скамеечках амбалы заткнули образовавшуюся брешь.
...к микрофону присасывается коммунистическая тетка, которая с каждым словом повышает голос. Ее ультразвук сверлит мозг. Охрана, попытавшаяся отнять микрофон, повержена. Познер мечется, похрюкивает, но сделать тоже ничего не может.
...продолжаем хохотать над Познером с красным носом.
...одна девица из бывшей нашей группы (такая вообще сама по себе весьма странная страшноватая девица, держалась особняком, ушла через полгода из универа, говорили, что вышла замуж за француза) внезапно решила высказаться. Поднялась... и уверенным голосом в микрофон перепутала события октября и февраля... потом она еще что-то перепутала, но мы к тому времени уже валялись от смеха под скамейками.
Познер чморил ее долго и умело. Коснувшись темы о крайней неумности нашей молодежи, он разобрал ее по косточками - и только после этого позволил сесть на место.
Кхм... я бы, наверное, умерла там же, если бы была ею.
...еще одна порция здорового смеха, после которой нам позволили наконец-то слезть с "Авроры".
+++
Надо сказать, что еще неделю ни один отличник или староста на занятия не приходил. Мы лежали дома с ангинами, бронхитами, колитами и даже одной пневмонией.
А через какое-то время по телевизору показали заветную передачу. Эпизод со старичком был вырезан. Тетка-коммунистка - тоже. Вообще, все, что было интересного - вырезали. Оставили разве что чморение Познером моей бывшей согруппницы... Ну и еще... На протяжении всей передачи оператор крутил камерой перед нашим первым рядом и прекрасно заснял, как наш бодрый смех на морозе сопровождал умнющие высказывания Познера. А от прожектора при камере у меня светились глаза. Можно сказать, что я проснулась знаменитым хихикающим маньяком, который явно понравился оператору.
:-)
Вот с тех пор я и не люблю Познера. По-свински он себя ведет.
Вот так бывает. Например, история о том, почему я не люблю Познера. Терпеть не могу. Хорошо еще, что не смотрела ни одной радостно-слюнявой передаче о гении Познера по поводу его дня рождения.
А зародилась эта нелюбовь однажды, когда на втором курсе универа нас, отличников и старост, собрали в одну кучу, и объявили, что в черный час черного дня мы должны собраться на водопой к крейсеру "Аврора", дабы поучаствовать в ток-шоу Познера. Если не ошибаюсь, это был ноябрь... Ноябрь в Петербурге, когда Нева еще не замерзла, но снег уже периодически изображал бурную деятельность.
С нас потребовали почти белый верх-черный низ. Мол, чтобы одеты были, аки пионеры, либо тихие горлицы. И побольше молчали. По поводу молчаливости - это вообще отдельный разговор, нашему потоку подобные попевки под барабаны выливались в течение пяти лет обучения.
Итак, в черный час черного дня мы прибыли к "Авроре". Что, где, когда и как - никакой толковой информации мы не имели. Знали только, что передача будет посвящена... кхм... революционным событиям 1917 года (почему, собственно, ее и снимали в Петербурге). Было очень холодно. Тот пронизывающий ветер помнят мои синие дрожащие коленки, потому как тогда по осени я носила короткую куртку с нормальными теплыми брюками - а в честь Познера оказалась на набережной в цивильной, но от этого еще более холодной юбке.
Появившиеся наседки в лице деканата долго над нами кудахтали, а далее, собрав в кучу, погнали по трапу на "Аврору". Никто ничего не понимал до той секунды, когда в ночной темноте, водрузившись на палубу, мы осознали, что съемки в этот ледяной ноябрьский вечер будут проходить прямо на открытой "Авроре". Немедленно захотелось сбежать. Но на трапе грудью преградило путь к отступлению руководство, чутко прислушивающееся к нашим настроениям.
Опережая вопрос, отвечу, водки у нас с собой не было! Ларьков на набережной - тоже.
Следующей попыткой спастись от ледяного ветра, было желание присесть на ряд допотопных скамеечек (похоже было на скамейки для приготовившегося выступать хора). ЩАС! Прискакал Познер и сходу заорал что-то вроде - марш всем отсюда, ваше дело маленькое, вы будете создавать фон и молчать! Любви к нему у студентов это явно не прибавило.
Дальше были метания и вопли съемочной группы, установка неустанавливающихся прожекторов, и еще что-то в этом духе, что я уже помню плохо, потому как от холода начала впадать в кому. Кто-то делился шоколадкой. Слышны были вопли универского начальства, что если оно увидит на палубе бумажку или фольгу, то нас зарядят в пушку и будет второй погром Зимнего.
Пропустим неинтересный кусок - когда всякие старички и старушки рассаживались на скамеечках, все толкались, места никому не хватало... и вдруг, когда уже почти слышалось "Мотор!", меня и еще одну девчонку выпихнули стоять в первый ряд. ЧЕРТ! Самые классные места были внутри - там тебя грели чужие тела. Пробиться обратно нам, естественно, не дали (какой идиот еще будет светить лицом в камеру). Пришлось стоять и хихикать.
Запись передачи продолжалась около трех часов. Смонтировано из всего этого было, кажется, 40 минуточек. Ключевые моменты:
...Познер громко ругается, и предупреждает, что если его будут перебивать, то он всех отсюда выкинет.
...мы с девчонкой рассказываем друг другу анекдоты во время его спича, и неприлично громко хохочем - смех, как ни странно, греет.
...Познер несет ахинею. Микрофон передается очень интеллигентному тихому старичку, который деликатно доносит до Познера, что тот несет ахинею. Познер орет на старичка - и охрана отнимает у того микрофон. Познеровское "микрофон больше ему не давать" вызывает у нас очередной взрыв смеха.
...старичок с группой товарищей демонстративно покидает "Аврору". Познер что-то орет, требуя, чтобы на скамеечках амбалы заткнули образовавшуюся брешь.
...к микрофону присасывается коммунистическая тетка, которая с каждым словом повышает голос. Ее ультразвук сверлит мозг. Охрана, попытавшаяся отнять микрофон, повержена. Познер мечется, похрюкивает, но сделать тоже ничего не может.
...продолжаем хохотать над Познером с красным носом.
...одна девица из бывшей нашей группы (такая вообще сама по себе весьма странная страшноватая девица, держалась особняком, ушла через полгода из универа, говорили, что вышла замуж за француза) внезапно решила высказаться. Поднялась... и уверенным голосом в микрофон перепутала события октября и февраля... потом она еще что-то перепутала, но мы к тому времени уже валялись от смеха под скамейками.
Познер чморил ее долго и умело. Коснувшись темы о крайней неумности нашей молодежи, он разобрал ее по косточками - и только после этого позволил сесть на место.
Кхм... я бы, наверное, умерла там же, если бы была ею.
...еще одна порция здорового смеха, после которой нам позволили наконец-то слезть с "Авроры".
+++
Надо сказать, что еще неделю ни один отличник или староста на занятия не приходил. Мы лежали дома с ангинами, бронхитами, колитами и даже одной пневмонией.
А через какое-то время по телевизору показали заветную передачу. Эпизод со старичком был вырезан. Тетка-коммунистка - тоже. Вообще, все, что было интересного - вырезали. Оставили разве что чморение Познером моей бывшей согруппницы... Ну и еще... На протяжении всей передачи оператор крутил камерой перед нашим первым рядом и прекрасно заснял, как наш бодрый смех на морозе сопровождал умнющие высказывания Познера. А от прожектора при камере у меня светились глаза. Можно сказать, что я проснулась знаменитым хихикающим маньяком, который явно понравился оператору.
:-)
Вот с тех пор я и не люблю Познера. По-свински он себя ведет.
